Россия в современном мире

Экспертно-аналитический портал
Чт, 28 октября 2021Чт
$ 0.00
0.00

Турция и НАТО: фактор Байдена. Афганистан

10.09.2021

С первого дня в Белом доме Д. Байден взял заметную наблюдателям паузу касательно «турецкого досье» - комплекса накопившихся проблем в отношениях между Анкарой и ее западными партнерами [1], а также его давних отношений с Р.Т. Эрдоганом. Вплоть до апреля турецкий лидер безуспешно пытался хотя бы по телефону связаться с американским президентом. 23 апреля ему, однако, позвонил сам Байден – причем, с плохими для Эрдогана новостями, а именно – уведомить турецкого президента о своем намерении признать «геноцид армян». Эта новость означала конец вашингтонской традиции, согласно которой все предыдущие президенты США избегали использовать слово «геноцид» применительно к трагедии армян в Османской империи в 2015 г. Поступали они так ради одной понятной цели – не вызывать возмущенной реакции Анкары, с 1952 г. зарекомендовавшей себя в качестве надежного партнера Запада по Североатлантическому альянсу.

Само публичное заявление, с которым Байден выступил 24 апреля, было «смягчено» в основном двумя семантическими приемами: первый – американский президент ни разу не упомянул Турцию, как государство, говоря лишь о «преступлении руководителей Османской империи»; второй – этот трагический эпизод преподносился как часть истории уже более чем вековой давности и никак не связывался с международными отношениями сегодня. «Мы делаем это не для того, чтобы обвинять, - заявил глава Белого дома, - а для того, чтобы гарантировать неповторение подобного» [2]. Иными словами, Байден выполнил одно из своих предвыборных обещаний в контексте «восстановления исторической справедливости в отношении армян», но при этом подчеркнул отсутствие связи между преступлениями османов и нынешней Турцией. Реакция Анкары оказалась для многих отнюдь не взрывной, как ожидалось, а достаточно сдержанной. Объяснить ее можно только взятым Эрдоганом курсом на нормализацию отношений с США и ЕС.

Первая встреча между лидерами двух стран состоялась, как и планировали в Вашингтоне, 14 июня на саммите НАТО в Брюсселе. К ней Эрдоган приготовил новую «турецкую инициативу», призванную нормализовать отношения Анкары с партнерами по альянсу и прежде всего – с США. Он предложил использовать турецкий контингент для контроля над международным аэропортом Кабула в процессе начавшегося вывода войск западной коалиции из Афганистана.

                                                           Афганский «козырь»

Смысл инициативы Эрдогана очевиден: турки-мусульмане способны обеспечить более надежное прикрытие процесса эвакуации западных подразделений НАТО перед лицом вероятного на тот момент наступления талибов на Кабул. Предложение было положительно воспринято в Госдепартаменте США, который еще в марте-апреле столь же положительно оценил другую инициативу Анкары – возобновить под ее эгидой прервавшиеся к тому времени переговоры между основными политическими силами Афганистана. По информации афганского агентства Tolo News, еще в начале марта госсекретарь Энтони Блинкен направил президенту Афганистана Ашрафу Гани письмо, в котором информировал его о готовности турецкого руководства провести с 24 апреля по 4 мая переговоры в Стамбуле об условиях и сроках формирования инклюзивного правительства в Кабуле с участием Талибана [3]. В конечном счете руководство талибов отказалось от участия в конференции, а позднее подвергло критике позицию Турции, в том числе и ее планы контролировать аэропорт Кабула, угрожая атаками на турецкие подразделения [4]. В свою очередь в Вашингтоне и Брюсселе высоко оценили обе инициативы Анкары, пояснив, однако, что они не могут затмить разногласий между сторонами, в частности, по проблеме закупки Турцией российских ЗРК С-400 [5].

Как бы то ни было, но в контексте надвигавшейся афганской драмы окружению Эрдогана удалось напомнить партнерам по НАТО об уникальности и полезности Турции – единственной в альянсе страны с преобладающим мусульманским населением. На протяжении полувека (с 1952 г. и до начала XXI-го столетия) эта роль Турции – стратегически важного форпоста альянса на стыке континентов и особенно на Ближнем Востоке – высоко оценивалась ее союзниками. Ситуация, однако, начала меняться с приходом к власти в Анкаре в 2002 г. Партии справедливости и развития под руководством Р.Т. Эрдогана [6]. Она не скрывала идейной близости к определенным группировками исламистского толка (а именно – к «Братьям-мусульманам»). Начался период нарастания турбулентных отношений Турции с ЕС, а позднее и с США. С началом «арабской весны» (2011 г.) спектр расхождений Анкары с Брюсселем расширялся: военно-политическая линия в Сирии, а затем и в Ливии проводилась Эрдоганом часто вопреки позиции стран ЕС и НАТО. К концу 2020 г. стороны уже не скрывали кризисного состояния отношений [7]. Преодолеть его в Анкаре попытались, предоставив свои особые услуги партнерам по НАТО в Афганистане.

К началу 2021 г. турецкий контингент в Афганистане насчитывал свыше 600 военнослужащих, входя в первую пятерку государств НАТО, задействованных в этой стране (после США, Великобритании, Германии и Италии) [8]. При этом, важно подчеркнуть, что турецкие подразделения не относились к категории боевых, не участвовали в столкновениях с талибами, исполняя в основном функции, близкие к полицейским. Связь с исламом, акцентировавшаяся турецкими солдатами, неизменно высоко оценивалась руководством натовского контингента в Афганистане. Показательно, что уже через полгода после ввода войск в эту страну на протяжении восьми месяцев (с июня 2002 по февраль 2003 гг.) управление международной группировкой там (NATO-led International Security Assistance Force - ISAF) было поручено Турции. Ее контингент под командованием генерал-майора Хилми Акина Зорлу насчитывал на тот момент 1300 военнослужащих [9]. С февраля по август 2005 г. турецкий контингент увеличился уже до 1800 человек, часть которых обеспечивала натовский контроль над аэропортом Кабула [10]. Кроме того, Турция вела активную работу по реализации более тысячи проектов (через Турецкое агентство сотрудничества и координации - ТАСК) в таких областях, как образование, здравоохранение, сельское хозяйство и инфраструктура (строительство дорог, мостов и очистных сооружений). В рамках кампании по соблюдению священного для мусульман месяца Рамадан 2021 г. ТАСК обеспечил 3300 семьям афганцев в Кабуле, Мазари-Шерифе и Герате доставку традиционных по этом случаю продуктов питания [11]. Не удивительно, что многие простые афганцы с особыми теплотой и доверием относились к представителям именно турецких подразделений, прибегали к их посредничеству в общении с военнослужащими и гражданским персоналом других государств НАТО.

С началом вывода основного натовского контингента в августе 2021 г. Анкара заметно изменила свой подход к ситуации в этой стране. Сохраняя контакты с правительством А. Гани в Кабуле, она заметно активизировала общение с Талибаном [12]. Руководство исламистского движения, между тем, предпочитало видеть в Турции «мощную мусульманскую страну», с которой было намерено поддерживать прочные отношения, но не желало на территории Афганистана ее вооруженных сил, ассоциированных с НАТО. И даже угрожало атаками на турецкие подразделения в случае их размещения в районе кабульского аэропорта.

Поначалу такая позиция исламистов была основана на их критической оценке роли Турции в натовской операции против Талибана в 2001 г., ее тогда союзнических отношений с группировкой А.Ш. Масуда [13]. С целью убедить талибов согласиться с идеей турецкого контроля над аэропортом, Анкара в июле-августе 2021 г. прибегла к посредническим усилиям Пакистана и Катара, правительства которых сохраняют влияние на лидеров этого исламистского движения [14]. Интерес самого Эрдогана к проекту, получившим в прессе условное название «Аэропорт Кабула», многогранен. С одной стороны его реализация сделала бы Турцию самым влиятельным иностранным актором в Афганистане после вывода американских войск, что несомненно усилило бы позиции Турции на региональной арене – особенно в контексте ее идеологического и политического противостояния с такими арабскими монархиями, как Саудовская Аравия и ОАЭ, претендующими на лидерство в суннитском мире [15]. С другой стороны, осуществление проекта «Аэропорт Кабул» способствовало бы укреплению роли Турции внутри НАТО.

Между тем сложная ситуация в аэропорту Кабула в период массовой эвакуации в августе 2021 г. заставила руководство талибов пойти навстречу Анкаре, согласившись с компромиссным решением в отношении ее плана. После кровавого теракта 26 августа талибы сами обратились к Эрдогану с просьбой обеспечить функционирование гражданской части кабульского аэропорта. Функции же поддержания безопасности данного объекта талибы взяли на себя [16]. В результате в конце августа 2021 г. можно было говорить об утверждении особой роли Турции в ходе начавшегося в Афганистане транзита власти. Эта роль была в целом одобрена и руководством НАТО.


Оригинал

© Шумилин Александр Иванович – доктор политических наук, главный научный сотрудник, руководитель центра «Европа – Ближний Восток» Отдела европейской безопасности, главный редактор Научно-аналитического вестника ИЕ РАН. Адрес: 125009, Россия, Москва, ул. Моховая, д. 11, стр. 3. E-mail: mideast@bk.ru. ORCID: 0000-0003-1778-4828 Статья поступила в редакцию: 28.06.2021

[1] Об этом подробнее: Шумилин А. И. Турция и НАТО: фактор Байдена. Часть 1. Научно-аналитический вестник ИЕ РАН, 2021, №3. DOI: http://dx.doi.org/10.15211/vestnikieran320212432


[2] Statement by President Joe Biden on Armenian Remembrance Day. APRIL 24, 2021. The White House. URL:

https://www.whitehouse.gov/briefing-room/statements-releases/2021/04/24/statement-by-president-joe-biden-on-armenian-remembrance-day/ (дата обращения 21.08.2021)


[3]Saif, Sh., Kh. US to ask Turkey 'to host' intra-Afghan peace talks. Anadolu Agency. 07.03. 2021. URL:

https://www.aa.com.tr/en/asia-pacific/us-to-ask-turkey-to-host-intra-afghan-peace-talks/2167885# (дата обращения 22.08.2021)


[4] Saif, Sh., Kh. Taliban warns Turkey against keeping troops in Afghanistan. Anadolu Agency. 13.07.2021. URL:

https://www.aa.com.tr/en/asia-pacific/taliban-warns-turkey-against-keeping-troops-in-afghanistan/2303581 (дата обращения 23.08.21)


[5] Mally, A. US sanctions for Turkey’s S-400 procurement come into effect. NewEurope. April 8, 2021. URL: https://www.neweurope.eu/article/us-sanctions-for-turkeys-s-400-procurement-come-into-effect/ (дата обращения 24.08.2021)


[6] Шлыков П.В. Внешняя политика Турции в постбиполярной системе координат. Международная аналитика. 2021;12(2):130-152. https://doi.org/10.46272/2587-8476-2021-12-2-130-152


[7] Шумилин А.И. Евросоюз и Турция: конфликтное партнёрство // Научно-аналитический вестник ИЕ РАН. 2020. №5. С. 7-15. DOI: 10.15211/vestnikieran52020715


[8] Resolute Support Mission (RSM): Key Facts and Figures. February 2021. URL: https://www.nato.int/nato_static_fl2014/assets/pdf/2021/2/pdf/2021-02-RSM-Placemat.pdf (дата обращения 20.08.2021)


[9] Aydogan, M. Turkey’s long involvement in NATO mission in Afghanistan. Anadolu Agency.
19.06.2021. URL: https://www.aa.com.tr/en/asia-pacific/turkey-s-long-involvement-in-nato-mission-in-afghanistan/2279062 (дата обращения 19.08.2021)


[10] Ibid.


[11] Ibid.


[12] Karim, U.Turkey’s Transforming Political and Security Relationship with Afghanistan. Newlines Institute for Strategy and Policy. August 12, 2021. URL: https://newlinesinstitute.org/afghanistan/turkeys-transforming-political-and-security-relationship-with-afghanistan/ (дата обращения 22.08.2021)


[13] Ibid.


[14] Basit, A., Ahmed, Z.Sh. Why Turkey wants to be in charge of securing Kabul airport. Al Jazeera. 2 August, 2021. URL: https://www.aljazeera.com/opinions/2021/8/2/why-is-turkey-eager-to-remain-in-afghanistan-after-the-us-exit (дата обращения 26.08.2021)


[15] Шумилин А.И. Ближневосточные конфликты сегодня: между религией и геополитикой // Мировая экономика и международные отношения. 2021. Т. 65. №1. С. 50-60. DOI: 10.20542/0131-2227-2021-65-1-50-60


[16] Hamit, D. Taliban proposed Turkey run Kabul airport: Turkish president. Anadolu Agency.
27.08.2021. URL: https://www.aa.com.tr/en/asia-pacific/taliban-proposed-turkey-run-kabul-airport-turkish-president/2347871 (дата обращения 20.08.2021)



Александр Шумилин, руководитель Центра «Европа-Ближний Восток» Института Европы РАН, доктор политических наук
Loading...